Версия для слабовидящих: Вкл Выкл Изображения: Вкл Выкл Размер шрифта: A A A Цветовая схема: A A A A
Версия для слабовидящих
Дежурный прокурор:
8 (4862) 43-63-89
8 (903) 637-14-95
Телефон доверия:
8 (4862) 40-56-57
8 (4862) 40-56-58
8 (4862) 40-56-59
Адрес:
302040, г. Орел, ул. Красноармейская 17а

Особый человек — партизан Степняк

Сколько фильмов снято о партизанском движении в Великую Отечественную? Много. Но это  ещё не значит, что послевоенные поколения знают о нём всё. И если исходить из посыла: «Никто не забыт, ничто не забыто», то каждый участник партизанского сопротивления тех роковых сороковых — это отдельная страница в истории войны.

Представьте картину: разведгруппа, шесть бойцов, скачут рысцой на лошадях. Командир группы случайно опускает глаза вниз и видит под ногами… мины, а лошади как ни в чём не бывало продолжают свой лёгкий бег.   

— По минной дорожке мы ехали, может быть, минуты три–пять. Я в ужасе молчал. Что толку говорить? Это чудо, что ни одна лошадь не ступила на мину. Бог, видимо, берёг нас, — Владимир Иванович, вспомнив этот эпизод, переводит дух. Как и тогда, наверное, когда они проскочили заминированную полосу.
А вот другой случай: он же, Владимир Иванович, партизан-разведчик, переодетый в немецкую форму, выскакивает на железнодорожную насыпь, а в десятке метров — немецкий патруль, двое солдат: стоят и смотрят в его сторону.

— Я замер. И тоже на них смотрю, не знаю, что делать. Думаю, всё, провал. А немцы посмотрели-посмотрели на меня, потом молча повернулись и пошли своей дорогой…

Разве это не сюжеты для фильма? А сколько ещё их было, таких эпизодов, в боевом и действительно героическом прошлом Владимира Ивановича.
На фронт он ушёл добровольцем в первые дни войны, из г. Ворошиловграда на Украине. Их Ворошиловградский коммунистический батальон сформировали за две недели, и в начале августа они прибыли в расположение 55-й стрелковой дивизии под Гомелем, в Белоруссии. В дивизии его сразу определили в разведку. И практически в первую же ночь, вручив по буханке хлеба и головке сыра, разведгруппе дали приказ переправиться на другой берег реки и посмотреть обстановку.

— Мы из речки вылезли, чуть пригляделись, а невдалеке танк немецкий. А наутро он из пулёмета начал бить по нашим на той стороне реки. Мы не выдержали, да по немцу из своего оружия. Потом связали две гранаты противотанковые и… Не могу точно сказать, подбили ли мы его, потому что сразу в реку и к своим. Вернулись в место расположения части, а тут уже ничего и никого. Скорее всего, дивизия получила приказ отступать. Мы сразу побежали догонять своих.

Владимир Иванович делает паузу в этом месте, голос садится почти до шёпота. Когда они выбежали на трассу, картина открылась безрадостная: множество следов солдатских сапог на пыльной дороге и  стекающиеся к этой дороге красноармейцы, наши войска отступали… Неразбериха, растерянность.
Разведчикам всё-таки надо было идти искать свою часть. Но тут они слышат  приказ всем вернуться назад, к ближайшей деревне, окопаться и задержать, насколько это возможно, немцев. Через некоторое время новый приказ: сниматься и отступать.

Трое суток шли ночами. Только вроде бы вышли, присели отдохнуть на поляне, и вдруг — немецкий бомбардировщик. Владимир Иванович только и помнит, как его подняло вверх, потом бросило на землю и всё. Очнулся, когда его, сильно контуженного, уже везли в машине в медсанбат. Ночь там пробыл, а на следующий день снова бомбёжка. Погиб почти весь персонал медсанбата — врачи и санитары решили искупаться в реке и бомба, прямое попадание...

— Говорю сам себе: «Здесь меня точно убьют. Надо уходить». И одна только мысль: где моя 55-я дивизия? Когда, петляя, шли по лесу, встретили какого-то майора. Я спросил про 55-ю, он ответил прямо: мол, не ищи свою дивизию, её нет, и, видя моё состояние, посоветовал долечиваться в госпитале, недалеко отсюда. Дошли до госпиталя, смотрю, на лужайке суета, куча машин: привозят раненых и сразу отъезжают. Я почти не размышлял, сел в одну из машин, так и попал в 132-ю дивизию, под командование генерал-майора Сергея Семёновича Бирюзова.

Вот так для Степняка началась война. Немцы наступали, и их дивизия хоть отходила всё дальше с боями и с потерями, но огрызаясь и щекоча врагу нервы.
Владимир Иванович вспоминает один эпизод. Они во фронтовой полосе, рядом немцы. Но сколько их, какие у них планы? Неизвестно. И противник тоже ничего не знает, что у него под боком творится. Поэтому ни одна из сторон ни на какие действия не решается.

— Короче, необходимо было любым путём добыть сведения. Командир говорит: «Ребята, нужен, «язык». Как хотите, так и добывайте». Идём вшестером. Ночь. Вдруг кучка какая-то, не совсем понятная, чуть не наступили на неё. А это два немца укрылись и спят. Ну, мы их скрутили и к утру в часть приволокли. «Языки» наши сначала молчали,  пришлось «пощекотать» их немного… Разговорились, куда им деваться!

Враг всё больше свирепел и ожесточался. И сжимал и сжимал кольцо. Их дивизия с боями прорывалась. Но в октябре 41-го под Курском, в деревеньке Калиновка Хомутовского района немцы окончательно их окружили. Без боя никто не собирался сдаваться. В перестрелке Владимир Иванович случайно оглянулся и увидел, как падает, сражённый автоматной очередью, их комдив Бирюзов. Рванулся к нему, хотел взвалить на себя, не получается, слишком большой. Тогда он просто руки его к себе на плечи, сцепил и бегом через дорогу. Тут ребята на подмогу подбежали, подхватили генерала, положили на плащ-палатку и в лес. Ночью раненого в ноги Бирюзова в лодке переправили на другой берег.

После того прорыва под Калиновкой сотни бойцов рассредоточились по лесу, по соседним деревням.
— Мы вчетвером собрались, стали думать, что делать. Отсиживаться, когда враг землю твою топчет? И мы решили организовать партизанский отряд. Сначала нас было человек пятнадцать, постепенно начали присоединяться другие окруженцы, деревенские жители. Но из Хомутовского леса нам надо уходить. Решили двигаться в сторону Брянска. Шли трое суток открыто, на фашистов нам было наплевать.  

И именно здесь, чуть южнее Брянских лесов, под селом Голубовка, как говорит Владимир Иванович, началась их большая партизанская деятельность. Возможно, ни попади они в окружение, всё сложилось бы по-другому. Но у Бога, говорят, на каждого человека свои планы. Ведь и фамилия-то у Владимира Ивановича под стать — Степняк, широкая, вольная, партизанская, одним словом.

Партизан, как говорит Владимир Иванович, — особый человек на войне, партизан — человек, борющийся за свою землю. Показателем этого, кстати,  была численность этих «особых людей» в Брянских лесах — около 66 тысяч.  Только в их отряде было до тысячи человек, и действовали они, с ноября 1941 года по сентябрь 1943 года, в четырёх областях: Черниговской, Сумской, Курской, Орловской (Брянской области до 1944 года не было, её территория входила в состав Орловской области. – Прим. авт.).  Намечали объект, получали сведения о нём и проводили диверсионные либо боевые операции.

Документ того времени — Боевая характеристика на командира отряда им. Рокоссовского бригады им. Ворошилова №1, старшего лейтенанта Степняка, свидетельствует: «…С первых дней боевой деятельности отряда т. Степняк много сделал в части вооружения личного состава оружием, которое оставлено на поле боёв частями Красной Армии, и трофейным… С февраля участвовал во всех боевых операциях, проводимых отрядом: в с. Жихово 4.3.42 г., в с. Пигаревка 26.4. 42г. , в с. Жихово 10.5. 42 г., в с. Бирино, в с. Валуйцы-Селицы. В этих боях, Степняк, командуя батальоном, показал свои способности  командовать подразделением. В боях, как правило, держит себя спокойно, грамотный и волевой командир. Благодаря умелому руководству, его подразделение имело всегда успех, с малыми потерями. На личном счету его подразделения числится свыше 750 уничтоженных немецко-мадьярских солдат; взяты трофеи: ст. пулемётов и обычных пулемётов — 8 и много другого имущества».

Из этой же характеристики следует, что, став с июля 1942 года командиром отрядной разведки, Владимир Иванович перестроил её работу, добился больших результатов в части насаждения агентуры, силами своих разведчиков организовал выходы на ж. д. магистрали Брянск – Гомель, Брянск – Льгов, участвовал в боях по взрыву ж. д. моста через р. Нерусса, за с. Глинное 1мая 1943 года; в начале сентября, возглавив отряд имени Рокоссовского, он провёл ряд диверсионных и боевых операций в районе с. Романовка.  

В боевой характеристике почему-то нет упоминания об одной из самых больших операций отряда Степняка, под условным названием «Голубой мост» в марте 43-го, в Брянских лесах. Это мост через Десну вблизи станции Выгоничи был важнейшим стратегическим объектов для противника: по нему эшелонами доставлялось оружие, а назад, на запад, вывозилось награбленное, вывозились наши люди — в рабство, в концлагеря.  

 — Мы три дня вели наблюдение за мостом: сколько по нему эшелонов проходит, с какой периодичностью, с каким грузом. Этот мост охраняли 400 солдат, целый гарнизон немцев, с пушками, пулемётами, овчарками…   С земли подступиться к нему было нереально, стали думать, как взорвать мост и не потерять людей. Это был март, на реке лёд. Вот мы и решили по льду подобраться ночью и заложить взрывчатку под «быки». Всё было продумано, даже лошадь у нас в белое была одета. Сработали быстро, и мост взлетел на воздух. Немцы месяц восстанавливали его, то есть на целый месяц мы задержали продвижение противника на этом направлении.

В октябре 1943-го, после очень тяжёлых летних боёв, сам Гитлер поставил задачу полного уничтожения партизан в Брянских лесах, называя нас «бандитами». Немцы бросили неимоверные силы, чтобы выполнить этот приказ фюрера. Очень много наших тогда полегло, я такое количество мёртвых никогда не видел. Мы тоже стали уже прощаться друг с другом, решив последний патрон оставить для себя. Но многие погибли, я убеждён, из-за предательства… Проводник, который вызвался обеспечить переправу людей, вызвал у меня подозрение, интуиция подсказывала, что ему нельзя доверять: слишком лощёный и гладкий для такого времени . Я предложил своим ребятам, нас было тринадцать, идти в обход, искать переправу в другом месте. Остановить процесс мы всё равно не могли, люди вовсю уже переправлялись через реку, и попадали под прицельный огонь.  

Многое ему вспоминается и героического, и ошибочного, как ему кажется, в действиях военного руководства. Он, например, очень сожалел тогда, в августе 41-го, и сейчас считает неверным решением, что их коммунистический батальон, в котором были только добровольцы, разъединили, раздробили по частям. Гордится, как однажды весной 42-го, когда после неудачных боёв и гибели большого числа партизан в отряде начались разброд и шатания, удалось дух людей и настроить их на победу. 

 — Наш отряд, парадно начищенный, под знамёнами, маршевым шагом прошёл 40 километров по дороге, днём, почти на виду у немцев, и так же вернулся обратно. Страх, уныние исчезли. Снова появилась решимость бить врага.  

Ему бы книжку написать о своём боевом, особенно партизанском, прошлом. Потому что всё  до мелочей помнит: даты, названия населённых пунктов, станций, рек, имена тех, с кем ходил в разведку или  на операции. А рассказывает — не оторвёшься, такие живые, документальные  свидетельства, бесценные по своей значимости, на плёнку, на видео писать надо.

А книгу — в 1961 году —  написал спасённый ими комдив Сергей Семёнович Бирюзов. Владимир Иванович бережно хранит её.

Степняк награждён орденами Красного Знамени и Отечественной войны I и II степени, медалью «Партизану Великой Отечественной войны I степени», рядом юбилейных медалей. Но есть у него любимая солдатская награда — медаль «За отвагу», которую он получил в 1942 году.    

Великая Отечественная война круто изменила жизнь целого поколения. Вполне вероятно, что  Владимир Иванович мог стать дипломатом — перед самой войной, в 1941-м он поступил в Ворошиловградский университет Марксизма-Ленинизма на факультет международных отношений. А  доучивался, 30 лет спустя, в Воронежском госуниверситете — на юридическом факультете. Потому что в октябре 1943 года по приказу главнокомандующего его откомандировали в распоряжение Орловского обкома компартии для восстановления разрушенного хозяйства,  а оттуда — на работу органы прокуратуры.

До 1963 года он работал в прокуратуре на разных руководящих должностях., в том числе прокурором Краснозоренского района, начальником отдела по надзору за органами милиции, прокурором Железнодорожного района г.Орла. А потом по решению обкома партии  был переведён в органы партийно-государственного контроля Советского района г. Орла. Через десять лет снова вернулся на службу в органы прокуратуры и до 1988 года работал помощником, а затем заместителем прокурора Заводского района. 

В 1985 году Владимир Иванович участвовал в параде на Красной площади в ознаменование 40-летия Победы. Как и тогда, в 1942-м, снова окрепли дух и вера в бесконечные силы человека. 

За плечами почти век жизни. Но стариком его назвать язык не повернётся. Высокий, держится с достоинством, а выправка — далеко не у каждого современного военного такая. Жизнь гнёт слабых, а он никогда слабым не был. Рассказывает, как два года назад друг к нему в гости приезжал — Пётр Башмаков, политруком был в батальоне. Ему 93 года, вся грудь в медалях, бодрый, розовощёкий, стихи читает. Владимир Иванович улыбается, мол, есть куда расти…

Пенсионер органов прокуратуры
Орловской области                                                                      С.П.Савельева

 

Вернуться назад

 

 

Архив новостей
ПнВтСрЧтПтСбВс


© 2007-2017, Прокуратура Орловской области. При использовании материалов ссылка на сайт обязательна.